23-04-2021
[ архив новостей ]

Волны российской/советской эмиграции

  • Дата создания : 29.06.2009
  • Автор : А.В. Скутнев
  • Количество просмотров : 9571
А.В. Скутнев
Доцент филиала Российского Государственного Гуманитарного Университета в г.Кирове
 
Волны российской/советской эмиграции
Waves of the Russian/Soviet emigration
 
Аннотация: В статье освещаются некоторые теоретические вопросы российской и советской эмиграции. Выявляются характерные особенности каждой волны эмигрантов и общие черты, присущие эмиграции как историческому явлению. Уделяется особое внимание статистическим данным, которые вызывают споры среди исследователей. Прослеживаются масштабы и последствия эмиграции из России и СССР, ее влияние на мировую и российскую цивилизацию.
Ключевые слова: Российская эмиграция; "волны" эмиграции; история СССР/России.
 
Долгое время тема эмиграции из России и СССР была под запретом. Только в конце 1980-х гг. исследователи наконец-то получили возможность приступить к изучению данного явления1. Эмиграция происходила во все времена. Это нормальный и естественный процесс. Однако для России эмиграция действительно стала целым событием и как нам кажется явлением судьбоносным, заметно изменившим саму российскую цивилизацию.
Первым эмигрантом в российской истории почти официально признан князь Андрей Курбский, бежавший в Польшу от своего сеньора – царя Ивана Грозного. Однако известно, что еще в 1172 г. русские иноки, проживающие постоянно на Афоне (Византия), основали монастырь Св. Пантелеймона «Ксилургу» («Древодела»)2. Таким образом, российская эмиграция с самого начала стала синонимом бегства из страны, носившего оппозиционный характер.
Вплоть до XX века эмиграция из России носила естественный характер, напоминая эмиграцию из любой европейской страны. Характер эмиграции был либо политический, либо экономический – в поисках материального благополучия. Хотя эмиграция не была массовой, но и говорить, что это были лишь единичные случаи не стоит. В XVII в. Россию покидали сотни старообрядцев, некоторые из которых уезжали от преследований даже в мусульманские страны3. В XVIII в. православные миссионеры и простые граждане стали обживать Русскую Америку. С конца XIX в. эмиграция из Российской империи становится по настоящему массовой. Особого названия для обозначения этого периода эмиграции до сих пор не существует. Ее обычно называют российской эмиграцией до 1917 года (дореволюционная эмиграция). Хотя также применимо название «трудовая эмиграция конца XIX – начала XX вв.»4. Некоторые исследователи, например Э.Л. Нитобург, называют именно эту эмиграцию «первой волной»5. Это была весьма масштабная эмиграция, в результате которой Россию покинули М. Горький, В.И. Ленин, И.Ф. Стравинский. Большинство эмигрантов составляли безземельные крестьяне, ремесленники, отчасти рабочие, которые пополняли рынок неквалифицированной рабочей силы. Активно участвовала в процессе эмиграции Русская православная церковь. Православные храмы строились по всей Европе: во Франции, Греции, Германии. На г. Афон число русских монахов достигло максимальной цифры – до 10 тыс. чел.6
В основном, российские граждане уезжали в США, как впрочем и многие европейцы. По данным американской статистики, почти за 100 лет, с 1820 по 1917 гг., из Российской империи в США прибыло не менее 3.3 млн. иммигрантов, по своему этническому происхождению в основном нерусских (евреи, поляки, литовцы). Русских среди них было только около 5%7. Именно тогда на карте США появился город с названием Санкт-Петербург. Всего же в период конца XIX – начала XX вв. Россию покинуло около 4,3 млн. чел.8
В XX веке российская эмиграция резко шагнула за рамки привычного для самой страны процесса. Необычность и значение эмиграции заставило исследователей выделить ее в особое явление и разбить на периоды или волны. Всего принято выделять 3 волны эмиграции из СССР. Первая волна или так называемая «белая эмиграция» началась сразу же после революции 1917 года и продолжалась в течение 1920 – 1930-х гг. За этот период из страны выехало от 2,4 до 4,5 млн. чел. До сих пор советскую эмиграцию воспринимают только как первую ее волну. Действительно страна потеряла огромное количество образованнейших и талантливых граждан – без преувеличения цвет российской интеллигенции. Однако, как нам кажется, такое занижение значения других волн абсолютно недопустимо. Также считает исследователь историографии российской эмиграции А.А. Пронин9. Действительно, как можно вычислить цену потери выдающегося деятеля культуры, науки, спорта для страны?
Первая волна эмиграции из СССР была обусловлена большей частью политическими причинами. Самым значительным и показательным фактом стал знаменитый «Философский пароход» 1922 года, на котором в принудительном порядке за границу было выслано около 200 представителей русской культуры. Среди них были знаменитые на весь мир деятели науки и искусства: П. Сорокин, И. Ильин, Н. Бердяев. Отток интеллектуальной и культурной элиты позволяет говорить об эмиграции первой волны как о «культурном феномене»10. За последующие несколько лет страну покинули В. Кандинский, Ф. Шаляпин, М. Шагал. Огромный общественный резонанс в мире получило изгнание в 1929 г. из СССР одного из создателей Великой русской революции и организаторов высылки интеллигенции в 1922 г. Л.Д. Троцкого.
Эмигранты первой волны выехали главным образом во Францию, Чехословакию, Германию, Балканские страны и Манчжурию. В силу интеллектуального и культурного развития, эмигранты первой волны сумели влиться в западноевропейскую культуру, заметно обогатив и преумножив ее. П.А. Сорокин создал факультет социологии в Гарвардском университете, где слушал лекции даже будущий президент США Джон Ф. Кеннеди. В.В. Набоков стал культовым американским писателем, И.И. Сикорский изобрел вертолет, В.К. Зворыкин стал создателем телевидения. Русские красавицы покоряли мужскую половину планеты. Великие художники С. Дали и П. Пикассо были женаты на русских женщинах. В 1933 г. титул «мисс Европа» завоевала Татьяна Маслова, чьи родители уехали из Советской России. В 1920 – 1930-е гг. ощущалась сплоченность эмигрантов, которые долгое время считали свое положение временным и надеялись на возвращение. Некоторые представители первой волны все же вернулись на родину: М. Горький, М. Цветаева, П. Кончаловский, А. Вертинский и др. Всего из-за границы с 1921 по 1931 гг. возвратилось 181432 человека (10%)11. Первоначально государство не строило большого секрета из эмиграции. В 1920-е гг. по инициативе В.И. Ленина в СССР издавались воспоминания и другие произведения эмигрантов. Но постепенно, с опусканием «железного занавеса», эмиграция просто выпала из поля зрения советского общества и ученых. В 1931 г. М. Горький назвал причину отсутствия информации о «зарубежной России»: «В общем же эмигранты – публика неинтересная и жизнь ее никому не нужна»12.
Большинство эмигрантов, не дождавшись крушения большевистского режима, остались за границей. Постепенно они стали обживаться, стараясь восстановить и сохранить духовную жизнь дореволюционной России. В 1920 г. была создана Русская православная церковь за рубежом, которая руководила православными приходами – своеобразными центрами жизни русских эмигрантов. Активно создавались разного уровня учебные заведения, издавались газеты и журналы, печатались книги. Первая волна проявила такую черту, как склонность к самоорганизации. Бывшие солдаты и офицеры создали Русский общевоинский союз. Дети русских эмигрантов учились в русских юнкерских училищах. Каждый год в Европе появлялось до 100 новых газет на русском языке. Очень многие продолжали ощущать и идентифицировать себя как русских. В США снова стали возникать города с русскими названиями. Только город Москва был продублирован 16 раз. Известный эмигрантский поэт Н.Н. Туроверов написал знаменитые строки о своем отношении к стране, приютившей его:
Что теперь мы можем и что смеем,
Полюбив спокойную страну,
Незаметно, медленно стареем…
В европейском ласковом плену.
Лучшие тебе я отдал годы,
Все тебе доверил, не тая, - Франция, страна моей свободы,
Мачеха веселая моя13.
В последнее время исследователями стала активно разрабатываться тема второй волны. Снова звучат слова о том, что вторая и первая волны самые яркие и российская эмиграция должна изучать главным образом их. Указывается в частности, что только эти волны являются эмиграцией русского народа14. Что интересно, протестуя против того, что третья волна менее яркая, некоторые исследователи также ошибочно подразумевают под ней только нерусскую, а точнее «еврейскую» эмиграцию.
Вторая волна эмиграции тесно связана с периодом Второй мировой войны и ее хронологическими границами можно считать 1939 – середину 1950-х гг. Более 5 млн. советских военнослужащих и мирных граждан оказались в немецких концлагерях, а после окончания войны в лагерях «для перемещенных лиц» (ди-пи). По Ялтинскому соглашению репатриации в СССР подлежали только те советские граждане, которые желали возвратиться на родину. Но предусматривалась и насильственная репатриация. Опасаясь сталинских лагерей или по идеологическим причинам многие предпочли остаться на Западе. Английский историк Н. Битчелл назвал насильственную репатриацию советских граждан последней тайной Второй мировой войны15. Ошибочно считать, что большинство из них поддерживали фашистский режим и входили в состав Русской освободительной армии генерала А. Власова. По оценкам Комиссии при Президенте РФ численность военных строевых формирований, созданных немецким командованием из советских граждан за все время войны, не превышала 250 тыс. человек, а с учетом нестроевых — 300 тыс. человек, чуть более половины которых составляли бывшие военнослужащие Красной Армии. Только за первые послевоенные 4 года бежали на Запад от 13 до 14 тыс. советских граждан16.
Однако большую часть эмигрантов из СССР в этот период составили не перемещенные лица, а население тех территорий, которые вошли в состав страны с 1939 по 1945 гг. Общие масштабы второй волны эмиграции можно оценивать от 5,5 до 10 млн. чел., а значит она превосходила как первую, так и третью волны17.
Третья волна эмиграции началась в 1966 г. и продолжалась до середины 1980‑х гг. Началось все с побега из советского посольства в Дели (Индия) дочери вождя народов – Светланы Аллилуевой. Первым высланным из СССР советским гражданином стал писатель В. Тарсис. Страну покидали различные слои. Среди них безусловно был большой процент евреев и немцев (в 1972 г. им официально разрешили выезжать на историческую родину), но и не только обиженные на советский режим национальности. Это, прежде всего, оппозиционно настроенные люди искусства, преимущественно нон-конформисты и диссиденты, а также те, кто уже находясь за рубежом, был лишен советского гражданства за какие-то провинности перед советским режимом. Для многих представителей художественных профессий диктат государства и различных профессиональных союзов был невыносим. Так известный живописец и архитектор В. Некрасов говорил, что «уехал, потому что не мог не уехать. Жизнь зашла в тупик, я не видел никаких перспектив. От меня здесь ничего не зависело, я плыл в потоке, из которого не было выхода. Понял, что так больше не могу. Так работать, так жить...»18. Для таких людей свобода была намного важнее материального благополучия. Сам В. Некрасов оставил трехкомнатную квартиру в центре Ленинграда. Также странным и неожиданным стал отъезд в США всенародного любимца миллионов советских граждан – актера С. Крамарова.
Особенностью третьей волны было отсутствие надежды или желания у большинства эмигрантов на возвращение. С другой стороны, многие ставят знак равенства между третьей волной советской эмиграции и диссидентским движением. В то время как далеко не все диссиденты хотели уезжать. Хотели жить на родине В. Высоцкий, А. Сахаров. Показательна судьба известного барда А. Галича, который за границей постоянно скучал по родине и жалел об отъезде19. Были и такие, кто предрекал падение тоталитарного строя и видел свое возвращение возможным. Среди них А. Амальрик и А. Солженицын20. Не мало среди эмигрантов третьей волны оказалось лиц, которые мечтали главным образом о материальном благополучии с которым ассоциировался Запад, то есть это была и обыкновенная экономическая эмиграция. Не случайно именно в 1970-е гг. появляется пугающая многих до сих пор «русская мафия», в составе которой вероятно было немного диссидентов. Собственно «русской» она также названа весьма условно. Стоит вспомнить, что визы в ОВИРе предоставляли только немцам и евреям. Знаменитый русский писатель, а ныне оппозиционер Э. Лимонов выехал именно по такой визе. Следовательно «русскую мафию» составляли все национальности бывшего СССР.
Третью волну принимали на Западе лучше всех, бывшим советским гражданам как политическим беженцам сразу же назначались многочисленные социальные пособия, которых были лишены предыдущие поколения эмигрантов. Интеллектуальный уровень этой волны был очень высок. В основном выезжали люди с высшим образованием. Люди рабочих профессий среди диссидентов были редким явлением. Самым известным из них безусловно был В. Марченко. Таким образом сравнительно небольшой объем эмиграции третьей волны – выехало порядка 1,1 – 2 млн. чел. «компенсируется» потерей интеллектуальной элиты страны21. В этот период уехали И. Бродский, М. Шемякин, М. Барышников, Э. Лимонов, С. Крамаров.
В 1970-е гг. русскоязычная эмиграция снова как это было в 1920 – 30-е гг. проявила инициативу широких объединений. В феврале 1973 г. состоялся учредительный съезд Конгресса русских американцев. Конгресс русских американцев (КРА) вышел на арену общественной жизни США, изучая русское наследие в Америке. В Нью-Йорке появился целый русскоговорящий район на Брайтон-Бич.
По нашему мнению именно эта третья волна стала одной из причин кризиса советской цивилизации. Образ заграницы как райского уголка, всеобщее одобрение пословицы «увидеть Париж и умереть» привели к тому, что советские граждане повально мечтали о чудесной жизни на Западе и отказывались быть строителями социалистического будущего. При Л.И. Брежневе советское руководство проблему эмиграции явно запустило. На заграницу в буквальном смысле молились. Иметь модные иностранные вещи стремился каждый молодой человек. В 1980-е гг. все чаще стали уезжать люди, которые не были диссидентами, а скорее желающие уехать в связи с модой на заграницу. Так уехали знаменитый актер О. Видов и режиссер А. Кончаловский. У нового генсека Ю. Андропова видимо было понимание истинных последствий эмиграции. Решить эту проблему он попытался старым способом, известным еще со сталинских времен. 24 ноября 1982 г. был принят закон «О государственной границе СССР». Он должен был поднять общественную дисциплину, бдительность и нетерпимость. Неприкосновенность границ СССР была подтверждена еще раз. Пограничным войскам предписывалось предотвращать проникновение в СССР всякого рода печатных работ, фотографий, рукописей, микрофильмов, магнитофонных записей и пр., содержание которых может нанести ущерб экономическим и политическим интересам СССР, его безопасности, общественному порядку, а также духовному здоровью и моральному состоянию населения страны. Всем советским гражданам вменялось в обязанность активно участвовать в охране советских границ. Закон служил также напоминанием, что надо опасаться заграницы, что Советскому Союзу постоянно угрожают враги извне.
Третья волна связана с таким явлением как «невозвращенцы», под которым понимались советские граждане, выехавшие за границу по работе или на отдых, а затем отказавшиеся вернуться на родину. Именно так бежали: в 1970-е гг. во время гастрольного тура по Канаде выдающийся солист балета М. Барышников, а в 1980-е гений хоккея А. Могильный.
И наконец, последняя, четвертая, собственно российская, а не советская волна эмиграции началась после разрешения в 1988 г. свободного выезда из СССР и продолжается до сих пор. Выезд из СССР по сравнению с предыдущим годом увеличился в 2,5 раза (108 тысяч против 39), еще раз более чем удвоился в 1989 г. (235 тысяч) и снова почти удвоился в 1990-м (452 тысячи)22. Получив свободу передвижения, многие россияне устремились за рубеж. Двигали ими в основном экономические причины. Кроме того, ситуация с эмиграцией сильно запуталась в связи с распадом СССР. К 1991 г. за рубежом проживало от 4 до 6 млн. русских людей, которые без оговорок считались эмигрантами. После развала СССР к ним добавилось 25 млн. чел. этнически русских, оказавшихся за пределами РФ. Охарактеризовать их статус оказалось чрезвычайно сложно. Все же называть их эмигрантами нельзя.
Есть и другие, свои характерные особенности нынешней эмиграции. Четвертая волна эмиграции в отличие от эмиграции из СССР вполне вписывается в мировые миграционные процессы. Точно также в страны Западной Европы и США стремится население Центральной и Юго-восточной Европы и республик бывшего СССР. Среди стран-реципиентов первое место прочно удерживает Германия (56%), затем следуют Израиль (26%) и США (10%), в остальные страны выезд не так значителен23. Четвертая волна пожалуй самая разнообразная и пестрая из всех предшествующих волн. Тем не менее, снова среди уехавших значительную часть составляют работники интеллектуальной сферы, русские программисты пользуются большой славой и имеют весьма высокооплачиваемую работу за границей, например в знаменитой Силиконовой долине. Среди выехавших за границу лица, имеющие высшее и неоконченное высшее образование составляют около 20%, в то время как в России этот показатель значительно ниже – 13%24.
Никогда до этого за границу не уезжало такое количество криминальных элементов и преступников. Западные СМИ периодически дают сюжеты о русских бандитах. Еще одной характерной чертой эмиграции четвертой волны является то, что нынешние эмигранты, не рвут связей с родиной и их отъезд не является фатальным. При желании каждый эмигрант может вернуться в Россию. Несмотря на крушение тоталитарного государства в четвертой волне присутствуют и политические эмигранты: Б. Березовский, С. Радуев.
В связи с тем, что четвертая волна продолжается, сложно сказать каким будет общее число уехавших из РФ. Подводить итоги еще рано. Но уже сейчас очевидно, что четвертая волна не уступает прочим периодам. Например, в Лондоне чуть ли не 10% жителей составляют выходцы из России, работают специализированные русские магазины, на Трафальгарской площади проходит ежегодный русский зимний фестиваль. Только по официальным данным МВД с 1990 по 2000 гг. эмигрировало более 1 млн. чел.25 Реальная цифра скорее всего намного больше, так как не учитываются нелегальные эмигранты, лица уехавшие по контрактам и оставшиеся работать за границей и много других категорий. С другой стороны, в 1991 г. западные и советские демографы предрекали массовой исход из СССР в масштабах от 4 до 20 млн. чел. Сейчас с уверенностью можно сказать, что эти прогнозы не оправдались. Тем не менее, уже к 2000 г. четвертая волна превзошла третью волну 1970 – 1980-х гг. и продолжает увеличиваться.
Как ни странно, среди недовольных этой эмиграцией оказалось немало советских эмигрантов первых трех волн. Самую оригинальную версию, которая должна напугать Запад, выдвинул уехавший в 1973 г. диссидент и писатель А. Синявский. Он считает, что Холодная война закончилась победой России, которая в новых условиях начала в огромном количестве вкладывать деньги за границей, постепенно сделала лояльными по отношению к Кремлю оппозиционные медиа-службы, например, было куплено «Радио Свобода»26. Впрочем, с исторической точки зрения это вполне нормальное явление. Точно также в 1970-е гг. эмигранты первой и второй волны из СССР были недовольны тем, что вновь прибывшим на основании статуса политического, беженца сразу же предоставляют социальные пособия27.
Российская/советская эмиграция это целое историческое явление, оказавшее заметное влияние на современный мир. Наши бывшие соотечественники на данный момент проживают на всех континентах и практически во всех странах мира. Очень многие нашли «свое место», сыграли и играют большую роль на новой родине. Безусловно, эмиграция является обычным делом для истории. Но печальной традицией нашего государства было то, что многие становились эмигрантами не по желанию, а в силу обстоятельств, «по необходимости». Эмиграция из России/СССР не должна ускользать от исследователей. Она требует адекватного внимания и изучения. Потеря около 20 млн. своих сограждан, причем далеко не худших, весьма горький урок для страны.
 
Примечания
 
1 Шкаренков Л. К. Агония белой эмиграции. 3-е изд. М., 1987; Гросул, В. Я. Российская революционная эмиграция на Балканах в 1883-1895 гг. М.: Наука, 1988.
2 Афон // Энциклопедический словарь. Репринтное воспроизведение издания Ф. А. Брокгауз – И. А. Ефрон. 1891 г. М.: Тера, 1990. Т. 19. С. 576–585.
3 Сень Д. «У какого царя живем, тому и служим…» // Родина. 2004. № 5. С. 73–76.
4 Тудоряну Н. Л. Очерки российской трудовой эмиграции периода империализма (в Германию, Скандинавские страны и США). Кишинев, 1986; Она же. Русские на Гавайях в начале XX века: Материалы к спецкурсу «Российская трудовая эмиграция в конце XIX- начале XX века» Кишинёв, 2000; Черненко А. М. Российская революционная эмиграция в Америке (конец XIX в. - 1917 г.). Киев: Высш. шк., 1989.
5 Нитобург Э. Л. Вклад русской иммиграции в науку, технику, культуру США. Электронная версия http://www.gumer.info/bibliotek_Buks/History/Article/_Nitob_ImmUSA.php
6 Афон // Энциклопедический словарь. Репринтное воспроизведение издания Ф. А. Брокгауз – И. А. Ефрон. 1891 г. М.: Тера, 1990. Т. 19. С. 576.
7 Нитобург Э. Л. Русские трудовые иммигранты в США (конец XIX в. – 1917 г.): адаптация и судьбы // Отечественная история. 2002. № 5. С. 63–75.
8 Зайончковская Ж. Эмиграция в Дальнее Зарубежье // Население и общество. 2001. № 58. Электронная версия http://www.demoscope.ru/acrobat/ps58.pdf
9 Пронин А. А. История российской эмиграции: состояние и перспективы исследований // Вестник молодых ученых. 2001. № 5. С. 77.
10 Березовая Л. Г. Культура русской эмиграции // Новый исторический вестник. 2001. № 3. С. 122.
11 Пушкарева Н. Л. Возникновение и формирование российской диаспоры за рубежом // Отечественная история. 1996. № 1. С. 60.
12 Литературное зарубежье России. Энциклопедический справочник. М., 2006. С. 6.
13 Леонидов В. «Перед Господом не постесняюсь называться Донским казаком» // Родина. 2004. № 5. С. 133.
14 В поисках истины: Пути и судьбы второй эмиграции: Сб. статей и документов. / Сост. Карпов В. С., Попов А. В., Троицкий Н. А. Под общ. ред. Попова А. В. М.: ИАИ РГГУ. 1997.
15 Цит. по Бабичевой М. Е. Писатели второй волны русской эмиграции. М., 2005. С. 8.
16 Геллер М., Некрич А. Утопия у власти. В 4 т. М., 1996. Т. 2. С. 7.
17 Брук С. И. Миграции населения. Русское зарубежье // Народы России: Энциклопедия. М., 1994. С. 61.
18 Никитин В. Холсты из Некрасовки под Манхэттеном // Родина. 1993. № 5–6. С. 15.
19 Логинов В. Закон Судьбы. О трагедии Александра Галича // Человек и закон. 1989. № 6. С. 80.
20 См знаменитую статью Амальрика А. Просуществует ли Советский Союз до 1984 года
21 Первая цифра 1,1 млн. чел. фигурирует в работе Вишневский А., Зайончковская Ж. Волны миграции. Новая ситуация // Свободная мысль. 1992. № 12. С. 4. Вторую цифру 2 млн. чел. указывает Пушкарева Н. Л. Возникновение и формирование российской диаспоры за рубежом // Отечественная история. 1996. № 1. С. 53.
22 Вишневский А., Зайончковская Ж. Волны миграции. Новая ситуация // Свободная мысль. 1992. № 12. С. 12.
23 Ушкалов И. Интеллектуальная эмиграция и безопасность // Миграция и безопасность в России. М., 2000. С. 128–130.
24 Ушкалов И. Интеллектуальная эмиграция и безопасность // Миграция и безопасность в России. М., 2000. С. 128.
25 Зайончковская Ж. Эмиграция в Дальнее Зарубежье // Население и общество. 2001. № 58. Электронная версия http://www.demoscope.ru/acrobat/ps58.pdf
26Подробнее об этом: Синявский А. Основы советской цивилизации. М., 2002.
27 Нитобург Э. Л. Русские трудовые иммигранты в США (конец XIX в. – 1917 г.): адаптация и судьбы // Отечественная история. 2002. № 5. С. 63–75.
(Нет голосов)
Версия для печати

Возврат к списку