29-02-2024
[ архив новостей ]

Раздел 3. Судьба и наследие М. Горького

  • Автор : Э.Д. Орлов, М.А. Ариас-Вахиль, Л.Г. Жуховицкая, Т.В. Кудрявцева, В.Т. Захарова, Л.Е. Бушканец, В.А. Гурьев, И.В. Кочергина, М.А. Перепелкин, О.В. Пелевина, А.Ю. Лагода, Г.Э. Прополянис, К.Ю. Щербинина, О.В. Быстрова,
  • Количество просмотров : 379



Э.Д. Орлов 

(Москва)


Евгений Эмильевич Лейтнеккер как исследователь жизни и творчества М. Горького


Юрист по образованию, журналист, историк литературы, музейный деятель и краевед по призванию Евгений Эмильевич Лейтнеккер (1888–1954) не только стоял у истоков создания Московского государственного музея имени А.П. Чехова, но и Гослитмузея в целом. Помимо экспозиций, связанных с именем Чехова, он сумел организовать первую выставку-музей М. Горького в 1928 году, которую посетил сам писатель, а затем и выставку 1932 года. Это были уникальные опыты музеефикации жизненного и творческого материала М. Горького, осуществленные при его жизни.

Ныне известна и переписка М. Горького с Е.Э. Лейтнеккером, в том числе 1933 года по вопросам создания Ассоциации имени М. Горького.

Оставив в декабре 1932 году место заведующего Литературным музеем при Государственной библиотеке СССР имени В.И. Ленина, Е.Э. Лейтнеккер продолжил изучение ближайшего окружения А.П. Чехова, по заданию Института мировой литературы взял на себя работу по составлению первой Летописи жизни и творчества М. Горького. Собранные им материалы были высоко оценены в целом коллегами, стали импульсом к появлению отдельных публикаций и сборников (например «Горький об искусстве» (1940)), однако, изъяты в начале 1950-х, как было изъято на долгое время имя Лейтнеккера из истории чеховедения и горьковедения.

Доклад построен на архивных материалах, в т.ч. ранее не вводившихся в научный оборот.

 

 

М.А. Ариас-Вихиль, Л.Г. Жуховицкая 

(Москва)


М. Горький и Ф. Шаляпин на страницах альбома Г. Гиршман


Годы после первой русской революции (1906-1913) Горький провел в эмиграции, в основном в Италии, на Капри. Каприйский период жизни и творчества Горького необычайно важен в его духовной эволюции: перед Горьким открылись новые, европейские горизонты, он увидел Россию издалека, по-новому осмыслил возможности русского народа в создании коллективной общественной жизни: на развалинах древней Римской империи он размышлял о неизбежности исторических перемен, о путях построения гражданского общества в России. Вернувшись в Россию, в январе 1914 г. он посещает салон Генриетты Гиршман и записывает в ее альбом в память о своем недавнем пребывании в Италии сочиненную им «Неаполитанскую песню». В 1919 г. Гиршманы эмигрировали во Францию. В 1930 г. в Париже находился Ф.И. Шаляпин, увидевший в альбоме Г. Гиршман автограф Горького 1914 г. На стихотворение Горького Шаляпин откликнулся ироническим четверостишьем, в содержании которого угадывается конфликт с Горьким в связи с разразившимся в это время скандала, вызванного иском Шаляпина Советскому государству в связи с публикацией его книги «Страницы из моей жизни» в СССР в издательстве «Прибой» без разрешения автора. Четверостишие носит примирительный и дружеский характер. 

В докладе исследуются неизвестные обстоятельства давнего знакомства Горького с супругами Гиршман, его участия в их судьбе и сохранении художественных коллекций, оставшихся в России. В научный оборот вводятся малоизвестные в горьковедении факты – в частности, из дневников художника К. Сомова, находившегося в многолетних дружеских отношениях с семьей меценатов.


 

Т.В. Кудрявцева 

(Москва)


Воспоминания Бруно Альтмана об А.М. Горьком


В докладе анализируется содержание заметки-воспоминания писателя-антифашиста Бруно Альтмана (1878–1943), опубликованной в 1936 году в газете немецких социал-демократов «Neuer Vorwärts» спустя месяц после смерти А.М. Горького. В частности, Альтман делится воспоминаниями о контактах Горького с Бебелем, в частности, пишет о содержании их бесед, свидетелем которого он был. Документ до сих пор не переводился на русский язык и не введен в научный обиход российского горьковедения. 

 

 

В.Т. Захарова

(Нижний Новгород)


Личность и творчество М. Горького в восприятии Д.С. Мирского


В данном докладе ставится цель актуализировать восприятие личности и творчества М. Горького Д.С. Мирским (Д.П. Святополк-Мирским), отраженное в его «Истории русской литературы с древнейших времен по 1925 год», написанной на английском языке в Англии, где Мирский преподавал в Королевском колледже (Мирский Д. История русской литературы с древнейших времен по 1925 год. Перевела с английского Руфь Зернова. Overseas Publication InterchangeLtD, London, 1992. 882 с.). 

Взгляды Д.С.Мирского на роль и значение личности и творчества М. Горького, по нашему представлению, сегодня интересны в методологическом плане: их анализ позволяет сопоставить понимание достижений М. Горького с точки зрения эмигрантского исследователя начала ХХ века с современными представлениями о его вкладе в мировую культуру. Важно выявить своеобразие отражения у Мирского на примере творчества М. Горького воззрений начала ХХ века на сущность динамики русского реализма, и уже в этом ракурсе осмыслить видение Мирским его новаций. Актуальной представляется проблема осмысления Д.С. Мирским творчества М. Горького в контексте западноевропейского восприятия русской литературы.

Парабола развития русского реализма для того времени у Мирского прочерчена весьма правомерно: отчетливо осознавая упадок классического реализма ближе к концу ХIХ в., понимая заслугу Чехова, пролагавшего пути нового художественного сознания, автор «Истории...», не склонный к гиперболизированным оценкам, вводит имя Горького таким образом: «Величайшим именем в возрожденном реализме является имя Максима Горького». Среди конкретных оценок произведений Горького, выделим его восприятие автобиографической трилогии , которое дано прежде всего с аксиологических позиций: на первом плане - позитивные ценностные характеристики трилогии, что представляется особо важным подчеркнуть. Ведь, начиная с первых публикаций до настоящего времени повести воспринимаются преимущественно сквозь горьковскую метафору «свинцовые мерзости дикой русской жизни». 

Ряд суждений Д. Мирского имеет дискуссионный характер, но в русле проблем современного представления о процессе обновления реализма и месте в нем творчества М. Горького это представляет несомненный исследовательский интерес.

 

 

Л.Е. Бушканец 

(Казань)


Наследие Е.Г. Бушканца как казанского горьковеда. К 100-летию со дня рождения ученого


Е.Г. Бушканец (1922–1988) – доктор филологических наук, профессор, заведующий кафедрой Казанского педагогического института, один из крупнейших специалистов по казанскому периоду творчества М. Горького в Казани. Благодаря его архивным изысканиям были уточнены многие факты казанского периода жизни писателя (в частности, он придерживался своей точки зрения по поводу года приезда писателя в Казань, им реконструирован круг знакомых Горького, проанализированы воспоминания о Горьком в его казанских знакомых, выявлены связи писателя и казанских газет рубежа веков, личные и творческие контакты М. Горького В. Короленко и пр.). Многие идеи ученого были важными для казанского горьковедения, сохраняют и сейчас свою актуальность.

Е.Г. Бушканец поддерживал активную переписку с литературоведами страны. В архиве ученого сохранилась переписка с известными горьковедами, особенно Поволжья (Нижнего Новгорода и др.) – эти письма представляют большой интерес для истории литературоведения ХХ века и истории горьковедения, в них обсуждаются как гипотезы, проблемы, так и опубликованные статьи.

 


В.А. Гурьев 

(Нижний Новгород)


О человеке и человечности в письмах Ф.А. Желтова к А.М. Горькому 


Предметом исследования настоящей работы являются письма нижегородского литератора, религиозного философа, общественного деятеля, до 1917 года промышленника Федора Алексеевича Желтова (1859–1937) к Алексею Максимовичу Горькому, анализ событийной стороны которых позволяет с уверенностью говорить о том, что великий писатель утверждал веру в человека и человечность не только собственными произведениями, на что Желтов обращал внимание в одном из посланий, но и конкретными делами, помогая окружающим в трудных жизненных ситуациях, примером чего служит деятельное участие Горького в благополучном разрешении проблемы, возникшей у Зои Александровны Желтовой, внучки Федора Алексеевича, при поступлении в Нижегородский университет. Также обращается внимание на непроизвольную перекличку поэмы А.М. Горького «Человек» (1903) и написанного ранее под впечатлением романтических произведений Алексея Максимовича, но до сих пор не опубликованного произведения Ф.А. Желтова «Слово к Человеку», имеющих непосредственное отношение к содержанию писем. 

 


И.В. Кочергина

(Москва)


Творчество М. Горького 20-х годов в оценке Ю.И. Айхенвальда (по материалам эмигрантской прессы)


В сообщении дан обзор эмигрантских публикаций Айхенвальда, так или иначе затрагивающих литературное творчество М. Горького (газ. «Руль», «Сегодня»). В еженедельных обзорах «Руля» критик рецензирует почти все новинки писателя, публикуемые в этот период, причем по преимуществу дает им сдержанную, а иногда негативную оценку. В основном, претензии критика Горькому сводятся к тому же, о чем он писал в дореволюционный период и что суммировал в очерке из «Силуэтов русских писателей». Следует отметить такие устойчивые мотивы критической рефлексии Айхенвальда по поводу произведений писателя: недостаточная художественность, присутствие тенденциозности и морализаторства, «сочиненность» образов и ситуаций. Горький, по его мнению, «органически не умеет воспроизводить жизненную быль без преувеличения и прикрас, без преуменьшения и поклепа» (Каменецкий Б. [Айхенвальд Ю.И.] Литературные заметки // Руль. 1923. 14 октября. № 875. С. 2), что сильно умаляет достоинства его художественных произведений и мемуаров. Одной из причин «неприятия» критиком стиля Горького, возможно, является то, что для Айхенвальда, создателя собственного критического метода, огромное значение имела бессознательность художественного творчества; именно такой «стихийности» критик не находил в его произведениях. На отношение критика к Горькому сильно влияла политическая ориентация писателя и его «значительная духовная роль» в событиях революции и в ее последствиях. Накладывали отпечаток на критические оценки Айхенвальда как его собственный непримиримый антибольшевизм, так и принципиально антигорьковская позиция газеты «Руль». Отрицательное отношение Айхенвальда к сменовеховству тоже не могло не влиять на его рецепцию творчества писателя. В целом, Горький для критика в этот период становится некой болевой точкой: любое его выступление понимается критиком только в негативном ключе и в контексте политической ситуации.

 



М.А. Перепелкин, О.В. Пелевина

(Самара)


М. Горький и Р. Циммерман


В апреле 1933 г. М. Горький сделал ряд поправок к книге И.А. Груздева о нем, коснувшись деталей своей жизни в Самаре в 1895–1896 гг., службы в «Самарской газете» и взаимоотношений с сотрудниками «Самарского вестника». Правки М. Горького относительно Р. Э. Циммермана, сотрудника «Самарского вестника», него требуют комментариев. Первое: книга Циммермана «Кулачество-ростовщичество, его общественно-экономическое значение» (за подписью Р. Гвоздев) была издана в Петербурге только в 1898 г., – следовательно, М. Горький, уехавший из Самары в мае 1896-го, не мог читать ее в самарский период своей жизни. Второе: ни одному из исследователей, занимавшихся изучением самарской публицистики М. Горького, до сих пор не удалось обнаружить упомянутых в его правках «грубоватой басенки», адресованной Циммерману, и ответа на нее. 

При более пристальном знакомстве с фигурой Р.Э. Циммермана ряд горьковских характеристик представляется сомнительным. Рейнгольд (Роман) Эмильевич Циммерман (1866–1900) – политический и общественный деятель, публицист, писатель, прибывший в Самару весной 1894 г. из Иркутской губернии, где он отбывал пятилетнюю административную ссылку за участие в антиправительственном политическом движении. Живя в Самаре, Циммерман служил в управлении Самаро-Златоустовской железной дороги, был одним из руководителей марксистского кружка, сотрудничал с «Самарской газетой», затем с «Самарским вестником», переводил и публиковал свои переводы из Ницше, занимался вопросами политической экономии и философии. В столичных журналах публиковалась также беллетристика Циммермана, которая была собрана и опубликована отдельной книгой уже после его смерти. 

Горький неслучайно называет Циммермана, сообщая упоминает о своих непростых отношениях с «Самарским вестником». Живя в Самаре, М. Горький состоял сотрудником довольно консервативного издания, конкурировавшего с «Самарским вестником». Очевидно, что эта ситуация не устраивала его, искавшего внимания к себе в лагере конкурентов хотя бы и ценой стычек с их идеологом, Р.Э. Циммерманом, – состоявшихся или желаемых. Детальное исследование самарского периода жизни Горького представляется необходимым, так как позволяет освободить биографию писателя от элементов мифологизации, в том числе привнесенных им самим. 

 


А.Ю. Лагода 

(Луганск)


Влияние М. Горького на развитие многонациональной драматургии первой трети ХХ века и творчество Л. Леонова


В работе представлено изучение творческих взаимосвязей М. Горького и Л.М. Леонова. Доказано, что Горький оказал огромное влияние на формирование творческого метода Л.М. Леонова. 

Творческая деятельность М.Горького в литературе, драматургии, философии и других областях общественной жизни – сыграла великую революционно-преобразующую роль в эволюции художественного мышления в развитии искусства ХХ века. Как великий гуманист и интернационалист Горький старался быть близким ко многим народам. Ему первому, среди известных писателей эпохи удалось посмотреть на развитие литературных связей как на проблему не только внутренне литературную, но и общественную, политическую.

История творческих связей писателей начинается в 20-х года прошлого века. Ознакомившись с ранним творчество Л. Леонова «Петушихинский пролом», «Туатамур», «Конец мелкого человека», М. Горький возлагал на него большие надежды. Он подчеркивал необычное умение Л. Леонова сочетать классические традиции русской литературы с новыми тенденциями ХХ века. Леоновская творческая концепция оправдывала ожидания М. Горького. Он мечтал о том, чтобы личность, связав свою судьбу со строящимся, новым обществом, обеспечила тем самым себе свободу роста до «человека человечества, а не просто гражданином».

М. Горький неоднократно отмечал, что Леонов является народным, «национальным» во всем – в языке, в психологическом раскрытии персонажей, отражении общих социальных проблем, в самом характере образного мышления. После премьеры в МХАТе пьесы «Унтилоавск» критики говорили писателю о ее схожести с пьесой М.Горького «На дне». Герой пьесы «Половчанские сады» ‒ Исайка напоминает Любу из «Последних».

В 1927 г. Л. Леонов по приглашению, прибывает на о. Капри, целый месяц творческих бесед, споров, исканий с Горьким, остались в памяти на всю жизнь. Горьковкий импульс, тогда начинающему писателю, остался одним из самых могущественных в творчестве Леонова – романиста, драматурга, публициста, общественного деятеля.

 


Г.Э. Прополянис 

(Москва) 

      

«Хорошее дело требует хороших отношений»: А.М. Горький и К.П. Пятницкий

 

Доклад посвящен первым годам знакомства и дружбы А.М. Горького и К.П.Пятницкого. Первая половина жизниКонстантина Петровича во многом созвучна биографии Горького. Проанализированы предпосылки, ведущие к их встрече: любовь к книгам, самообразование, просветительская деятельность. Это была судьбоносная встреча издателя с писателем. Их сотрудничество развивалось очень плодотворно. Книги издательства неизменно имели успех и пользовались большим спросом. В апреле 1900 г. Пятницкий предложил принять Горького в члены товарищества. Горький был арестован в ночь с 16 на 17 апреля 1901 г. Он был досрочно освобожден из тюрьмы благодаря деятельному участию Пятницкого. Такая активная позиция Пятницкого привела к сближению Е.П. Пешковой и еще большему укреплению дружбы с Горьким. Он стал доверенным лицом семьи Пешковых и крестным отцом их дочери Екатерины. Во многом благодаря усилиям Пятницкого Горький получил возможность и плодотворно работать, и издавать книги, и не тревожиться за достойные условия жизни и здоровье своей семьи.

 


К.Ю. Щербинина 

(Москва)


Горький и реакция общественности на уход и смерть Льва Николаевича Толстого


Поздней осенью 10 ноября 1910 года, ночью, тайно от семьи, 82-летний Лев Толстой покинул Ясную Поляну. В дороге он заболел и был вынужден сойти с поезда на станции Астапово, где и скончался 20 ноября.

Это событие потрясло общественность. На страницах крупнейших журналов России печатались эпитафии и некрологи. В. Брюсов в своем некрологе вспоминает о похоронах Л.Н. Толстого. С. Н. Булгаков в очерке «На смерть Толстого» пишет о религиозных исканиях писателя. Андрей Белый в своем некрологе размышляет над сущностью гения Толстого, значением его ухода и смерти. Важнейшей вехой мировоззрения Толстого является его учение о непротивлении злу силой. Об этом говорит, русский философ, С.Л. Франк, в речи, произнесенной на заседании петербургского религиозно-философского общества 16 ноября 1910 г. В. П. Кранихфельд и Н.И. Иорданский, углубляясь в причины ухода великого старца, делают акцент именно на социальном аспекте этого события. 

Неоконченное письмо А. М. Горького, адресованное В. Г. Короленко, является откликом на «бегство Толстого». Горький так же, как и многие, обращает внимание на связь Толстого со всем миром, называя его «человеком человечества». Но, несмотря на это, он не разделяет упорное стремление превратить жизнь графа Льва Николаевича Толстого в «житие». Горький уверен в том, что сам Толстой искренне был бы рад «принять венец мученический». Он считал, что, будучи настоящим национальным писателем, Толстой также воплощает в себе все недостатки и увечья нации. Смерть Толстого глубоко поразила и ранила писателя, он пишет о том, что осиротел сразу и что ему «никогда в жизни не случалось плакать так безутешно, и отчаянно и горько». В другом своем письме 21 ноября 1910 г. к украинскому писателю М. М. Коцюбинскому Горький подтверждает эту мысль.

 Анализ статей, связанных с уходом и смертью Толстого позволяет проследить, как формировался образ великого писателя в памяти его современников. 

 


О.В. Быстрова 

(Москва)


«Энциклопедия горьковедов»: замысел и перспективы


Замысел указанной энциклопедии возник в 2016 г. и был связан с библиографической серией «Ученые-филологи», приуроченной к 150-летию М. Горького. Были запланированы библиографии И.А. Груздева, Б.В. Михайловского, А.И. Овчаренко, С.В. Заики и Л.А. Спиридоновой. В силу сложившихся обстоятельств была сделана лишь первая. Следующим этапом стала подготовка и издание книги «М. Горький – 150. ИМЛИ – центр мирового горьковедения. Юбилейный альбом» (М., 2018), в процессе работы над которым осуществилось погружение в историю Отдела М. Горького. 150-летний юбилей писателя в 2018 г., позволил заговорить о горьковедении как структурной институции, заслуживающей изучения. 

Указанная задача заставляет задуматься: кого следует считать горьковедом? Так, у ряда исследователей есть интересные, но единичные работы/наблюдения о творчестве писателя (Г.Д. Гачев, М.С. Агурский, Н.М. Малыгина и др.). Что касается словника ученых, имена которых достойны внесения в энциклопедию горьковедов, – то этот список довольно легко формируется благодаря существующей в системе горьковедения огромной библиографии исследований. 

В 2022 г. ИМЛИ исполнилось 90 лет. Более чем 90-летняя история горьковедения подтвердила сильные позиции этой научной школы. Это, прежде всего, работа центров: Москва (ИМЛИ), Нижний Новгород (ННГУ), Ленинград/С.-Петербург (Межкафедральный словарный кабинет им. Б.А. Ларина СПбГУ), Казань. Отдельная страница в истории горьковедения – это музеи, посвященные творчеству писателя. 

Соединяя все данные, которые должны быть отражены в энциклопедии, следует отметить возможное изменение ее заглавия. Это должна быть «Энциклопедия горьковедения». Работа этого проекта перспективна именно потому, что она исторична. Несомненно и другое: это дело большого коллектива, работа которого тоже станет предметом истории горьковедения. 

 

(Нет голосов)
Версия для печати

Возврат к списку